Ты тот, кто мне нужен

- А-а-а… - вырывается из пересохшего горла. – Чёрт, - хрипит Сейджи, когда пытается подняться.

Неизвестно, сколько времени он пролежал на жёстком полу, но явно немало раз тело болезненно отзывается на распрямление мышц. Голова нещадно гудела, будто он побывал на рок концерте и стоял в миллиметре от мощного динамика. Всё это к тому же усугубляли излишние движения, которые он совершал. Было бы неплохо вспомнить, что он вчера делал, да и выпить таблетки. К сожалению, сделать это оказалось не так просто. Когда зрение смогло привыкнуть к полумраку, юноша огляделся. Это явно была не его комната: небольшое квадратное помещение с голыми стенами, в углах полно паутины, во многих местах облупилась штукатурка, бетонный пол выглядит так, будто его кувалдой ровняли. Узенькое окошко находилось достаточно высоко от пола, и не было никакой возможности достать до него. Правда, какой в этом смысл, если кроме головы в него ничего не пролезет? Но Сейджи был уверен, что провал его ждёт ещё на стадии открывания. Скорее всего, единственный источник света заколочён на совесть.

В помещении было довольно холодно, поэтому пришлось получше запахнуть ветровку и прижать к себе ноги, чтобы хоть как-то согреться. Похлопав себя по карманам, парень только убедился, что телефон у него отобрали. Стандартная тактика всех злодеев. Но вот, что смешно, единственный человек, которому он мог бы позвонить, сейчас в коме. Был ещё вариант поговорить с Эриком, но Богиня Удачи уже давно отвернулась от одного из своих верующих, поэтому Сейджи уверен, что друг окажется занят. Наверняка, будет со своей девушкой, а в такие моменты телефон его всегда отключён.

- Вечно на мою задницу приходится всё самое увлекательное, а рядом никого.

Согреться никак не получалось. Руки были просто ледяные. Без часов трудно определить время, кажется, прошла вечность. Ощущения такие будто его засунули в морозильник. Ещё чуть-чуть и он насквозь промёрзнет. Вон, даже дыхание сбросило пару градусов.

- Интересно, когда меня хватятся? – рассуждал вслух парень, чтобы не было настолько тихо.

С того момента как он остался в доме один, он чувствовал себя мягко говоря некомфортно в окружении тишины. Не страдая недостатком воображения, а правильнее сказать, что он страдал от его избытка – мерещилось всякое. Начали выползать и сверлить мозг забытые детские страхи, вплоть до монстров под кроватью. Учитывая наличие реальных оборотней, да и не только их, опасения могут быть вполне обоснованными. Но, пока это только страхи, перешедшие в кошмары.

- Какая ирония, - продолжил Сейджи уже вслух. – С работой сегодня не сложилось, - он предполагал, что находился в отключке не долго. – Завтра воскресенье. В больницу только в среду выхожу. Если никто не заметит, то мне четыре дня тут торчать.

Возможно он слишком сильно замёрз и что-то себе отморозил в голове, раз эта мысль не вызвала должных эмоций. Его волновало только одно: он не сможет приходить к отцу.

- Ах да, ещё же школу пропущу… Отец бы расстроился. Хотя… мои оценки и поведение улучшились. Пару дней пропустить вполне допустимо. Ещё подумают, что поддался переживаниям. Знают ведь всё… Интересно, как быстро друзья узнают обо всём? И узнают ли?

Глаза медленно закрывались. Он знал, что нельзя спать. Если сейчас поддастся, то потом рискует не проснуться.

«Плевать… Я устал, а похитители не совсем идиоты. Если забрали, значит нужен. Ну, хоть кому-то я действительно нужен. Уверен, подохнуть не дадут».

***

- Эй, проснись, - кто-то тормошит за плечо. – Мне, кажется, сейчас не лучший момент… Проснись.

- М-м-м, что… Что такое? – мысли тяжело ворочаются в голове.

- Ты замёрз, не стоит спать.

- Я не… Вы кто?

Наконец-то мозг выдаёт необходимое. Шестерёнки со скрипом закрутились, подавая сигнал, что стоит узнать, кто эта женщина и что здесь делает.

- Меня зовут Арис. Ты не знаешь где мы? – она стала оглядываться, как и Сейджи ранее. – Когда я очнулась, ты уже был здесь. Я подумала, что ты знаешь больше меня.

- А я – Кан Сейджи. Можно просто Сейджи. Простите, но, к сожалению, я тоже ничего не знаю. Возможно, я лишь на пару часов вас опередил, не более, - развеял он надежды.

- Вот как… - расстроилась женщина.

- Вы не видели того, кто забрал вас?

- Нет, он подкрался со спины, - она тяжело вздохнула.

Они были в тупике. Неизвестно где, неизвестно кто и неизвестно для чего их забрали. Кажется, в городе новая напасть. Мало им самоубийств, так ещё объявился похититель, хорошо, если не убийца. Но последнее под огромным вопросом. Парень прекрасно помнил, что похищения и убийства очень часто ходят по одной дорожке. А с его везением… С его везением нужно искать выход, да поскорее.

Если их всё же просто похитили, то для чего? Может быть у Арис за спиной и есть люди, готовые отдать за её жизнь и благополучие всё, что возможно, то у него их нет. Его похищение уже заранее бесполезно. Что и у кого можно требовать за него?

«В фильмах логики больше, чем в жизни», - досадно вывел истину Сейджи.

- Я не хочу умирать, - прошептала женщина. – Не хочу.

- Не говорите так, всё обязательно будет хорошо, - её признание покоробило его.

- Спасибо, конечно, - грустно улыбнулась она и в глазах слёзы, - но ты же сам не веришь в это. Просто пытаешься меня успокоить.

- Ну, это лучше, чем сидеть и думать об обратном, разъедая себя изнутри этими мыслями.

- Моей дочери ты бы понравился, - вдруг произнесла она и резко замолчала.

Сейджи видел, что женщине отчего-то больно вспоминать об этом, поэтому сделал вид, что задумался и не услышал её. Кто знает, что там у них случилось.

Ожидание тянулось довольно долго. Они изредка перекидывались ничего не значащими фразами, но, по негласной договоренности не касались каких-то болезненных тем, интуитивно чувствуя, куда лезть не стоит. Могли обсуждать работу, друзей, свои успехи или неудачи. Слова помогали скоротать время, они разрушали тишину. Сейджи с удивлением заметил, что, несмотря на большую разницу в возрасте, ему – почти восемнадцать, ей – тридцать девять, они очень легко общаются. Арис выслушивала его школьные неурядицы и давала дельные советы, а он открывал ей глаза на её проблемы. Чужой взгляд всегда может подметить то, что сам не замечаешь. Мнение другого человека позволяет посмотреть на ситуацию под иным углом и тогда всё меняется.

- Теперь вы понимаете, что он зол не на вас? Та ситуация не позволила ему реагировать иначе. Вот если бы вы узнали об измене, не берём в расчёт, правда это или нет, как бы вы себя повели?

- Устроила скандал, наговорила бы много неприятных вещей, ударила его. Но, он ведь не из тех, кто прячется по углам! Если бы кто и появился на стороне, он бы мне сказал прямо!

- О самом важном вы вспомнили в последний момент, а это ещё не реальная ситуация. Когда эмоции ударяют в голову, перестаёшь рационально мыслить. А когда остываешь и начинаешь думать, может быть поздно для извинений. Вы ведь его ещё не простили?

- Нет, - грустно вздыхает она. – Я была настолько обижена на него, что не хотела видеть. А когда он пытался подойти, мне казалось, что он ещё не закончил и собирается меня добить.

- Даже, если человек вас очень хорошо знает, он не может сопротивляться этому первому порыву. Стоило дать друг другу время придти в себя, а потом сесть и поговорить. Один на один, без посторонних, чтобы никто не влиял на ваше решение.

- И, правда, оказывается всё настолько просто, - она улыбалась. – Откуда ты такой умный взялся?

- Много фильмов смотрю, - засмеялся юноша, но резко оборвал себя.

- Что такое? – Арис не понравилась эта заминка, она инстинктивно перешла на шёпот.

- Вы слышите? – Сейджи говорит на грани слышимости.

Женщина прислушалась к окружающей тишине. Пугающая атмосфера пустоты, поглощающей всё, что ей доступно. И есть что-то ужасающее. Что-то, чего не было ранее. И она это слышит. По спине пробегает холодок. Руки леденеют, хотя совсем недавно согрелись в карманах. Душа уходит в пятки. Зрачок расширяется от страха ещё больше. Лицо бледнеет.

Она их слышит… Слышит размеренные, уверенные шаги, эхом разносящиеся по пустым коридорам. Кто-то к ним приближается. И ей совершенно не хочется знать, кто это.

Сейджи тоже страшно. Он готов запаниковать в любую секунду, но понимает, что этого никак делать нельзя. Он должен постараться любым способом выбраться отсюда. Выбраться самому и вытащить Арис. Женщину, с которой знаком лишь несколько часов, но к которой успел привязаться. У него нет плана, нет никаких идей. Всё выглядит безнадёжно. Но из любой ситуации, даже самой дерьмовой, есть выход. Всегда есть выход. Пусть из ста процентов он будет составлять всего один, но он будет цепляться за него, пока этот один процент существует.

«Надежда умирает последней, кажется, так говорят?»

Шаги затихают рядом с дверью. Погружая всё вокруг в гробовую тишину.

Сейджи думал, что тише быть просто не может, однако ситуация показывает обратное. Они оба молчали, напряжённо вслушиваясь. Этот человек чувствует себя хозяином положения. Он знает, что они его слышали, и сознательно нагоняет ещё больше страха и ужаса. Арис начинает дрожать, поддаваясь его давлению, а Сейджи пытается совладать с собой. Женщина цепляется за него, невольно ища защиты, и ему не хочется, чтобы она совсем отчаялась, почувствовав, что он в ещё большем ужасе, чем она.

Внезапно лязгает засов, заставляя их вздрогнуть. Дверь очень медленно и с пронзительным скрипом отодвигается в сторону.

«За игру на нервах этот парень точно получит Оскар», - нервно усмехается юноша.

Коридор освещён не лучше их места заточения, и разглядеть лица просто невозможно. Единственной различимой чертой в этом мраке становится явно высокий рост незнакомца. Сейджи с огромным удовольствием отметил отсутствие внушительной мускулатуры. Это давало шанс, что с ним вполне смогут справиться хилый юнец и хрупкая женщина. Лишь стоит выждать для использования элемента неожиданности. Хоть какой-то план действий стал вырисовываться, осталось лишь предупредить Арис. Но сделать это достаточно сложно, если вообще возможно. Она полностью поглощена страхом, а взгляд её прикован к мужчине, приближающемуся к ним словно хищник к дичи.

Не имея возможности что-либо сделать, Сейджи наблюдал. Мужчина был абсолютно безоружен. Есть, конечно, вероятность, что он прячет нож в кармане или пистолет за поясом, но достаточно просто не дать ему ими воспользоваться. Главное уйти с линии атаки. Бросив быстрый взгляд за спину мужчины, Сейджи ещё раз убедился, что дверь не заперта.

«Значит, он не рассчитывает нарваться на отпор… Недооценивает».

Незнакомец сделал последний шаг и присел на корточки. Их разделяло не более пятнадцати сантиметров. Сейджи показалось странно-знакомым лицо мужчины, но не получилось вспомнить, где он его уже видел. Движение слева заставило обернуться, отвлекаясь от мыслей. Незнакомец протянул руку и коснулся лица Арис. В страхе та дернулась назад, отворачиваясь в сторону и зажмуривая глаза. Но он всё равно протянул руку и почти ласково погладил её по волосам.

- Не трогай её! – твердо произнес Сейджи.

Но тот будто не слышал, продолжая свои действия. Заметив слёзы, осторожно стёр их. Казалось, будто он жалеет, что так получилось. Будто ему не всё равно. Но эта маска спала с него, когда он услышал полные мольбы слова:

- Пожалуйста, отпустите… Умоляю, отпустите… Прошу…

Он наслаждался. Он дышал своим превосходством. Ему нравилось происходящее. Нравилось неприкрытая дрожь в голосе. Нравилось отчаяние во всём облике своей жертвы. Нравилось видеть её слёзы. Всё было так упоительно, пока неожиданно со стороны не прилетел чужой кулак.

- Арис! Надо бе…

Резко был перекрыт кислород. Чужая рука, словно стальные тиски, удерживала за горло. Не душила, а именно удерживала, не давая вдохнуть. Сейджи захрипел и попытался освободиться.

- Мистер Хан, - покачал головой мужчина.

Он абсолютно равнодушно смотрел на задыхающегося юношу. Тот испортил ему всю красоту момента.

- Кто бы мог подумать, что ты отважишься на такой безрассудный шаг. Это на тебя не похоже.

Мудак был чертовски прав. Сейджи пошёл на поводу у эмоций. Не стоило этого делать, но ему категорически не нравилось, как тот влияет на Арис. Хотелось поскорее вытащить её отсюда. И эта спешка сгубила их. Он не собрал достаточно информации, не подметил детали, не сделал выводов. И вот теперь лицезреет последствия своей ошибки. Они смотрят на него кроваво-красными глазами и скалят клыки. Альфа. Перед ним альфа.

- Отец был бы тобой ОЧЕНЬ недоволен, Сейджи. Ты же рассказывал ему, какой ты молодец, а тут такое. От твоих речей старушки бы расплакались, - ухмыляется он.

И тут Сейджи понимает.

- Тх-ы… - хрипит он, дёргая чужую руку.

- О, вижу, узнал. Но мы с тобой поговорим позже. Сейчас меня интересует кое-кто другой, - больше не глядя на парня, он отбрасывает его в сторону и хватает женщину за локоть.

- Пойдём милая, - голос учтивый, но грубое вздёргивание на ноги заставляет вскрикнуть. Её насильно вытаскивают из комнаты, легко волоча за собой.

- Нет! Пожалуйста, отпустите! Пожалуйста… Не надо… Нет! Сейджи! – она оборачивается и тянет к нему руку, кричит и плачет, пытается вырваться, но держат крепко.

Сейджи пытается прийти в себя после встречи со стеной и полом. Он кашляет и с болью втягивает воздух в лёгкие. Горло саднит и до сих пор ощущение сомкнувшихся на шее пальцев не пропадает. Будто его всё ещё удерживают.

- Грёбаный медбрат. Если бы медикаменты не перебивали запах, тебя бы уже давно вычислили и порешили, - сипит парень.

Адреналин бушует в крови и требует выхода. Мысли об Арис ускоряют работу шестерёнок. Её необходимо вытащить. Он обещал себе, что вытащит её. Он обещал ей, что она не умрёт.

Тяжело поднимается. В спину отдаётся тупая боль, но стерпеть её, сжав зубы, возможно. Сейджи приходит к выводу, что если он способен шевелиться, значит всё не настолько критично. Подумать о себе можно и позже. Убедившись, что твердо стоит на ногах и не станет подметать полы после первого же шага, он направился к двери.

«Заперто! Чёрт!!!»

Наверное, не надо так расстраиваться, ведь подобного стоило ожидать. Никто не оставит дверь приглашающе открытой. Если бы это и случилось, то явно не по забывчивости некоторых ублюдков. Комната абсолютно пуста и ничто не поможет вынести эту чёртову дверь.

- Как же теперь быть?

Сейджи от досады со всей силы прислоняется спиной к холодному металлу, отчего через секунду жалеет, когда чувствует каждую клеточку тела, вспыхнувшую фейерверком боли. Но он быстро забывает об этом, когда понимает, что дверь издала натужный скрип, совсем чуть прогибаясь под весом, надавившим на неё.

- Что?

Он отстранился и вновь опёрся о дверь. Та повторно сдвинулась и заскрипела. Помещение имело довольно обшарпанный вид и никем не использовалось. Их не могли держать нигде кроме как в заброшенном здании. Судя по всему, дверь проржавела, но функционировала, а вот задвижка на ладан дышала.

«Если получится, я смогу её выбить!»

Отойдя немного назад для разбега, Сейджи взял резкий старт, врезаясь плечом в железо.

- Ох, чёрт! Как же это больно! – шипит он, потирая плечо. – В фильмах всё выглядит иначе.

Суровая реальность не остановила его. Он лишь сильнее стал долбиться в дверь. Это было похоже на то, как перышко пытается сдвинуть слона. Кажется, что нет шансов, но если зайти с правильной стороны, то и результат будет. Вот и Сейджи подходил со стороны оптимизма и упорства. Он уже не чувствовал своего плеча, ничего не видел в кромешной тьме, но продолжал.

- Давай же! Проклятый… кусок… металла! Давай! Дав…

Изо всех сил он продолжал повторять одно и то же действие, стараясь не задумываться о бесполезности этих попыток и… Совершенно неожиданно… был вознаграждён. Порядком расшатанный засов, держащийся на ржавых болтах, был вырван из стены и со скрежетом болтался на двери, а парень вылетел из комнаты, врезаясь в стену напротив и оцарапывая руки, которыми успел прикрыть лицо.

Одна невозможная задача выполнена. Пора выполнить вторую. Но вот куда идти совсем не ясно. Коридор уходил в две стороны и имел неравномерное убогое освещение. Тусклые лампочки под высоким потолком часто моргали, отчего не помогали, а напротив, мешали обзору.

«Удивительно, что здесь вообще есть электричество».

Надеясь, что выбирает верное направление, Сейджи поворачивает налево и, в доказательство его правоты, слышит женский крик.

- Арис! – шепчет он.