Всё равно будешь моим

Войдя в кафе, девушка томно вздохнула. Здесь было так тепло. Хорошо. Вкусно пахло.

Несмотря ни на что, настроение было неплохое. Захотелось чем – то себя побаловать. Девушка заказала кофе и небольшой кусочек тортика. Даша обожала сладкое, иногда позволяла себе что – нибудь такое вкусненькое. Сейчас вкусняшка была ей необходима. Надо ещё больше поднять настроение и приготовиться морально к встрече с Максимом.

Проведя минут тридцать в кафе, даже не замечая, с каким любопытством на неё смотрел всё это время мужчина за соседним столиком, она направилась на выход.

Мужчин Даша уже давно не замечает. Для неё существует один единственный, но такой недосягаемый. Даша даже иллюзий на счёт Максима не питала, просто смирилась, что он её не замечает. И ладно, что уж теперь, не убиваться же из - за этого. Кроме того, не до мужчин ей сейчас, необходимо подумать над тем, чтобы съехать от отца, снять квартиру и не мешать ему с его женщиной. Двум хозяйкам не место на одной территории и на одной кухне.

Отец и так сделал для неё много. Вырастил, выучил, дал работу. Теперь она должна жить самостоятельно. Понимала, что её стремление к независимости уж слишком рьяное, но ничего не могла с собой поделать.

.

Маршрутку ждать долго не пришлось. Как же хорошо, иначе Даша точно продрогла бы на этом февральском ветру.

Усаживаясь на единственное свободное место в самом хвосте транспортного средства, девушка невольно задумалась над тем, что душа её сейчас разрывается на две части.

Одна её часть хочет бежать подальше, так как боится увидеть Максима. Ведь она не видела его год. После похорон Максим отгородился от всех, от всей своей прошлой жизни, частью которой считал и Дашу с бывшим тестем.

Но, вместе с этим, вторая половина, желала увидеть любимого мужчину, волновалась о нём, хотела поддержать и помочь.

.

.

Через час Даша подошла к воротам, которые закрывали вход во двор немаленького дачного дома семейства Темновых.

Целый год Даша уже не была здесь. От волнения сердце в груди заколотилось сильнее, ладошки вспотели.

Сейчас она увидит Максима и хорошо бы, чтобы сердце тогда вообще из груди не выпрыгнуло.

Даша невольно подумала о том, что даже не накрашена, волосы собраны в тугой хвост на затылке. Простенький пуховик и сапоги на плоской подошве. Такая себе простушка из деревни. Впрочем, это не столь важно. Она в очередной раз напомнила себе, что пришла сюда по делу.

Ворота перед ней открыли два охранника.

Девушка прошла во двор. Осмотрелась.

Слезы едва на глаза не навернулись. Здесь всё полностью изменилось. Качели и песочница, которые так любила горячо любимая племяшка, исчезли.

Исчезло вообще всё, что принадлежало сестре и племяннице...

Что же, если Максу так легче, тогда пусть так... Каждый человек по своему переживает разъедающую его боль. Никому не дано понять, прочувствовать и пережить боль потери так, как переживает её другой человек, и никто не сможет взглянуть на его боль своими глазами.

У каждого свой персональный ад и рай, томящийся в душе.

.

.

Серебристый внедорожник Максима стоял во дворе. Медленной походкой по мелкой плитке девушка пошла к дому. Здесь было так тихо… непривычно тихо. Без сестры и племяшки – егозы дом казался пустым.

Максим внезапно распахнул перед ней двери, слегка отступая в сторону, пропуская девушку в дом. Даша и постучать не успела. Он словно знал, что она пришла. Хотя, вокруг камеры, да и охрана по рации сообщила.

Даша же и шага ступить не смогла, дыхание перехватило. Мужчина изменился за этот год. Похудел, но постоянные тренировки сделали его тело ещё более сильным, жилистым, он выглядел таким мужественным, карие глаза пристально смотрели на девушку, выжидая.

Максим сразу же заметил, что на девушке одет деловой костюм. Значит, она не была дома. С работы поехала сразу к нему.

- Проходи, Дашунь, не стой на пороге.

- Конечно, - Даша выдавила улыбку и заставила себя войти в дом.

Максим предложил ей присесть.

- Нет, я весь день в офисе сидела, лучше постою, - Даша украдкой рассматривала обстановку в доме. Здесь всё изменилось. Даже ремонт новый сделан. В доме ничего не осталось прежним, все стены и пол поменяли свой цвет. И мебель была новая.

- Здесь всё так изменилось. Дом просто не узнать.

- Да, Даш, я избавился от всего, что может напомнить мне о моей семье. Не знаю, сможешь ли ты понять меня или осудишь, но мне так морально легче.

- Я не смею судить тебя. Я понимаю твоё горе, Макс, ведь горе и боль у нас с тобой одни. Ты потерял дочь и жену, а я племянницу и сестру.

- Даш, а ты дома ещё не была.

- Нет.

- Тогда… ты ведь голодна, да?

- Нет, я перекусила, не беспокойся.

Даша сняла пуховик. Положила его в гостиной на кресло, а после сняла хлопковый тонкий пиджак, оставшись в белой блузке.

- Я выкинул всё, кроме самых личных и дорогих Наташе вещей. Перебери их. Что надо – оставь себе. Я же не могу и приблизиться к коробке с этим добром.

- Хорошо, Максим, идём.

Максим прошёл вперёд по коридору, свернул в небольшую кладовую и включил свет, показывая Даше на большую деревянную коробку, стоявшую в углу.

Даша видела, как в глазах мужчины отражается боль. Он круто повернулся назад.

- Я побуду в гостиной, а ты здесь разберись, хорошо?

- Конечно, Макс, иди, я через время подойду.

.

Максим ушёл, а Даша приблизилась к коробке. Хоть бы ей самой хватило сил перебрать её.

Даша села попой на паркет и принялась рассматривать, что осталось в коробке.

Первым ей попался фотоальбом. Это было альбом сестры. Даша невольно раскрыла его, листая. На первых страницах Наташа была маленькой девочкой, после школьницей и дальше взрослой девушкой.

Здесь были и совместные фото Наташи с Дарьей.

Невольно на глазах Даши появились слёзы. Её сестра была так молода и не заслужила того, что с ней произошло, а малышка племянница так тем более.

Даша всхлипнула.

Боль в груди невозможная.

Так больно…

Если ей так больно, то остаётся лишь гадать, что чувствует Макс, потерявший жену и родную дочь.

Наташа была шатенкой, вся в отца: бойкая, сплошной сгусток энергии, весёлая, разговорчивая, своим энтузиазмом могла зарядить и покорить каждого своего собеседника. Неудивительно, что Тёмный пал жертвой её чар. Даша была её полной противоположностью: тихоня, не любящая компании и суету.

Даша нежно провела пальцами по лицу сестры, где та улыбалась на фото. Какие у Наташи были большие планы на жизнь, как жаль, что ни одно из её желаний больше не сбудется.

Наташа любила Максима. В этого мужчину с карими глазами, горящими внутренней силой нельзя было не влюбиться.

Тёмный был настойчивым, амбициозным, умным, независимым, умел всегда получать желаемое, игнорировал чужое мнение, даже мнение собственного отца. Макс яркая и сильная личность, как и Наталья. Ясно же, что такая тихоня как Даша не могла его серьёзно заинтересовать.

На глаза попалось фото Виктории, красивая малышка с внешностью матери и упрямым характером отца. Макс обожал дочку.

Даша часто приходила к сестре именно тогда, когда Макса не было дома, чтобы лишний раз его не видеть. Иногда Даше казалось, что и Макс сторонится её. Наверное неловкость ситуации из прошлого между ними никогда не проходила, но ни один из них на этом не заострял внимания.

.

Даша услышала сзади себя шаги. Макс встал на расстоянии метров пяти и пристально смотрел на девушку, которая ощутила целый рой мурашек, побежавших по коже от такого проницательного взгляда мужчины.

- Даш, а ты всё время в офисе проводишь? Папка выходные не даёт?

- Я сама редко их беру. Дома мне тяжело находиться, - призналась девушка, продолжая смотреть фотографии.

- А как же свидания?

- Я не хожу на свидания, Максим.

- Почему, Даш? Не поверю, что у такой красавицы нет ухажёров! Ты повзрослела, просто расцвела. Мужчины, видимо, прохода не дают?

Даша слегка покраснела. Знала, что он преувеличивает, называя её красавицей. Если бы на самом деле считал её таковой, то не бросил бы.

- Иногда бывает, что и не дают, - согласилась. Это было правдой. – Только вот я не встречаюсь с мужчинами. Считаю просто, что с моей стороны будет некрасиво морочить парням голову, вовлекая их в отношения у которых не будет будущего. Я не хочу давать надежду, Макс. Когда надежда умирает, это очень больно… очень. Я не хочу никому причинять такой боли.

Максим поморщился, понимал, что она не хотела его задеть, но невольно почувствовал себя виноватым перед ней. Ведь он приручил её и бросил ради Натальи. Знал, как было больно Даше. Но Даша оказалась сильной личностью, стерпела, простила и стала родным и близким человеком.

- Отец замуж тебя ещё не собирается выдавать? Ведь Наталью он рано поспешил определить и весьма неудачно.

- Отец ничего не говорит, у него своя жизнь, а у меня своя. Я же слишком люблю свою работу и личную независимость, чтобы выходить замуж, - ответила Даша, зная, что лжёт, - уж лучше вкладывать душу в работу, чем в стирку чьих – то грязных носков.

- Что же, может ты и права. Нашла что интересное в ящике?

- Здесь фотографии, Максим. Не понимаю, как ты мог засунуть их сюда.

- Я поэтому и позвал тебя, Даш. Ты их забери. Возможно, потом, когда пройдёт ещё время и мне не будет так больно, я смогу на них смотреть и душа моя не будет биться в агонии. Но сейчас я просто не могу.