Опасные игры с тенями. Том 0.

Всё… всё получилось. Вот страннота, вот незадача. Обескураживает больше, нем неудача. К которой она уже привыкла, а вот к успешному ходу вещей – нет. Когда всё складывалось хорошо, это вызывало у Ами огромный дискомфорт. Тем не менее…

Начальник велел отправляться как можно скорее (тут их с Ами устремления в кои-то веки совпадали), прямо в сей свет, потому что этот болотный гнус, оказывается, о старой договорённости с соседними городами в своё время благополучно позабыл, "вспомнил" только недавно, после появления депеш из Омилла. И они теперь, конечно же, продувают все сроки, ещё не начав ничего исполнять. Стандартная для их неспешно действующего Управления ситуация, к которой, впрочем, уже все привыкли.

Дел ведь много. Особенно, в сезон урожая и к праздникам все "оживляются". Хорошо, хоть вообще вспомнил. И хорошо, что так внезапно, что никто из заботливого аминого семейства не успел отговорить ту или начать шантажировать, давя на её совесть.

Всё. Дело сделано. Даже сумка уже собрана. Начальник не передумал пытаться участвовать в этой "дурацкой ведьминой ахинее", кого отправить - понятно. А что курьерствующих на одну меньше остаётся - так и ладно. Реже депеши с отчётами в соседние города писать и пришедшие из них читать придётся. Не страшно. Чего без конца доставляющих гонять. Пусть там подкопят немножко.

Короче, всё решено. Пора.
И тут уже не думать, тут уходить надо. На пол большого цикла. Слишком мало, чтобы скрасить в целом безнадёжно бесцветную и безрадостно бесперспективную амину жизнь, но достаточно, чтобы получить некоторое количество впечатлений. Даже если не очень приятных, даже если чтобы просто опять посмотреть, что в этот раз пойдёт не так. Всё лучше, чем ударно участвовать в строительстве с перерывом на гуляния в честь Праздника Плодородия. В циклически повторяющейся нелепой мини-катастрофе. Оглянешься – вздрогнешь. А то и застынешь в ужасе… Бррр.

Ладно. Для кого-то это действительно праздник. Многие ждут его с нетерпением, украшают дома и столы красивыми листьями и резными фруктами. Готовят специальные блюда и напитки. Достают красивые скатерти и драпировки. Да почти всем здесь нравится этот шумный семейный праздник, часто даже из соседних городов люди приезжают на всё это посмотреть. 
На то, от чего сама Ами бежит, чтобы не видеть. Почему так.  Что за аллергия на всё, связанное с продолжением и возникновением новой жизни на материке? Что в этом такого ужасного? Чего она сейчас-то к этому прицепилась, к чему всё это в голове прокручивает? 
Где-то в глубине души за подобным самозабвенным отвращением всегда прячется извращённое удовольствие. Радость от того, что можно себя всему этому противопоставить. Зачем? Сил избыток? Почему просто равнодушно не пройти мимо, если тебе действительно это не интересно. А если не проходишь и реагируешь так эмоционально, значит "интересно". По тем или иным причинам. По каким?
С чем она борется? Зачем она борется?.. С дурацкими ограничениями за право быть собой. Зачем бороться, если можно просто тихо и спокойно не следовать этому всему, как она практически не участвует в перестройке дома? Потихонечку отлынивать и от этого, без громких акций протеста? Она же мастерица «притворяться мёртвой». А если систематически что-то навязывают? Систематически же и уклоняться. 
Легко сказать. Вот, почему-то, да не получается тут совсем без шума. Но сейчас это не важно.  Разберёмся позже. Прочь, мазохизм.  Вперёд, в Омилл! К новым синякам и шрамам на душе, за это время, может, хоть старые подживут.
Махом взлететь на второй уровень, схватить свою практически неподъёмную сумку, и, не чуя от радости её веса, быстро вылететь из родового гнезда, пока это возможно. Даже если всё это бессмысленно и приведёт к новому разочарованию, к себе у неё претензий в этот раз не будет. Это назначение она не выбирала. Этот фэйл не ею инициирован.

Ами вскинула сумки, поправила одежду, чтобы не собиралась складками под лямками и критически оглядела свою комнату. Всё, что решено взять с собой, взято. Остальное – хорошо прибрано. Её вещам ничего не грозит. Только если усердные строящие и ремонтирующие не развалят дом. Ну, через половину большого цикла будут видны результаты их активности. А пока ей хотя бы не придётся в этом участвовать.

Вот и пришло время прощаться со всеми. Как спрятать довольную улыбку с лица? Как изобразить печаль расставания?

Да никак. Всем давно всё известно без лишних слов и знаков. Но слишком довольный вид при этом иметь тоже не стоит - через полцикла, а, может, и гораздо раньше, ей сюда возвращаться. Иначе такой же зловредно довольный вид по её прибытии обратно будут потом иметь уже другие, и придётся наблюдать многократно умноженное на весь дом и Управление эхо своей широкой счастливой улыбки. "Недалеко уползла."

Ами поспешно преувеличенно нахмурилась и поспешила откланяться. Впрочем, почему преувеличенно. Кто знает, что ждёт её в Омилле. Может, начальник вспомнил о договорённости слишком поздно, программу уже закрыли и ей с сумками придётся тут же выдвигаться обратно.

Прощальные напутствия, поручения и документы для передачи в омилльский участок в качестве дополнительного веса. Да, да, да. Ну, хоть по обратной дороге сумки будут легче на вес документов. И тяжелее на вес сувениров, которые Ами, разумеется, обязательно прихватит в Омилле. 
На мешочек кофе тяжелее точно. Нельзя появиться в Омилле и не разжиться кофе. Ами невольно улыбнулась. "Кофе. Я уже иду." Если помнить о нём всю дорогу, то дойдётся наверняка быстрее. Где-то в одном из карманов ежесветной сумки у Ами есть несколько высохших зёрнышек и пара безделушек из походов, которые она носит с собой как приятное напоминание о том, что способ, которым Ами проживает свою жизнь в этом месте - не единственно возможный. Что есть и другие возможности существования. Более интересные, более радостные и осмысленные. Всё не ограничивается вот этим. Где-то, хоть сейчас её и трудно достать, есть свобода. И главное - это не переставать прыгать. Когда-нибудь до неё можно достать, прокачав мышцы. Или дорасти.

И вот уже получено немного свободы. Аж на полцикла. Не верится. Вот она уже выходит из дома с сумкой вещей. Заходит за угол и тайком оборачивается посмотреть на часть своего привычного существования на прощание. Родительский дом смотрел на неё в ответ пустыми глазами окон. У Ами на мгновение сжалось сердце. 
Как она оставляет каждый раз его так легко и радостно? Без тени благодарности? Тут хотя бы всё было понятно. Откуда ожидать тумаков и за что. Что делать, что не делать. Кем надо быть, а кем – не стоит. Всё это на родном и понятном языке.  Гарантированная вкусная и сытная еда в изобилии в этой продовольственной столице материка и спокойные закаты с прогулками по лесу и цветущим улицам города.

А там. Всё чуждое, всё неясное. Возможно, в итоге, практически то же самое. Немного на иной лад, но то же. Проблем не избежать нигде, как от них не бегай. Их можно решить лишь встав, и лоб в лоб рассмотрев их. Там количество проблем только увеличится. По крайней мере, первое время точно. Это уже опыт подсказывает.

Депрессию с тоской Ами несёт туда свои, не забыв помимо тяжёлой сумки прихватить свой тяжёлый характер. На момент её осенило прозрение. Ей нигде не будет хорошо с таким грузом.

Нигде. Никогда. 
Зачем стараться больше?

У любого места и ситуации есть свои преимущества, которые стоит ценить, пока ты там остаёшься. Но ты их не ценишь, пока не понимаешь, что можешь их потерять.

Снова-здорово. Эта ситуация повторялась

И. Что делать? Бросить всё? Вернуться? Соврать, что заболела?

Да фигу. Она заболела, если хочет здесь задержаться хоть на момент. Ни за что и ни на чих. Столько лет мечтать вырваться отсюда, чтобы сейчас струсить? Каждый раз одно и то же, вздохнула она. Один и тот же страх при покидании дома. По дороге она опять залюбуется пейзажами и всё пройдёт. А к тому моменту, как начнёт позориться в Омилле, уже будет слишком поздно что-то менять и нужно будет начинать подстраиваться. 
Вперёд. Она приставным шагом осторожно развернулась, стараясь по минимуму шевелить тяжёлые сумки, и побрела прочь из города, ступая в непривычном качестве, пока что пыля и шаркая ногами по привычной части дороги.

Что ни говори, а кантинская бродяжка любила эту шоковую терапию странствиями. Так хоть она могла понять, что вообще жива и что-то чувствует.

…Вот она уходит, а кто-то вместо неё припрётся сюда. Ами охватило озорное настроение. Надо посмотреть на город как бы глазами её сменщицы! Лучший способ осмотреть Кантин - это взобраться на холм на выходе из него. Ради такого Ами скинула вещи на землю и взлетела на пригорок.

С холма Кантин выглядел вполне безобидно. Даже… прекрасно. Справедливости ради надо сказать, что несмотря на неизящные приземистые нелепые строения, это был по-своему очень красивый и очаровательный город. Поля. Желтые, зелёные, по цветам посадок. Ами так и не смогла выучить все их названия, что было основанием для того, что непосредственное окружение смотрело на неё с некоторой жалостью. Ароматы плодов и цветов из садов. Буйный рост растительности везде. Даже на крышах. Самый подходящий город для празднования плодородия. Мирные домики. Спокойная, размеренная, вкусная и сытная жизнь. Труд, приносящий приятный, радующий глаз и желудок, урожай. Покой, стабильность и порядок.

Кроме пары тех самых случаев амнезии и одного – пропажи, здесь никаких особых треволнений не было.

Да и... амнезию здесь нельзя считать трагедью. Чего тут помнить. Один свет похож на другой. Бескрайние поля, выходящие и уходящие светила, облака, бегущие над этим всем. Тихо и ровно. Если не забыла, как поле обрабатывать да орехи-ягоды собирать, так чего ещё и помнить. Этого достаточно.

Интересно. Как это. Потерять память о себе и своей истории. Начать узнавать жизнь и себя заново. Прямо здесь. Прямо сейчас. Вести нешуточно важное расследование. Кто ты. Чего ты хочешь. Впрочем, не этим ли Ами занята всю свою взрослую жизнь?  Разница только в том, что она никогда и не знала. А эти люди - забыли.

«Вот и сравняй с ними счёт, скатившись с пригорочка кубарем.» - ехидно подсказал внутренний голос.

Ами хотела что-то привычно ответить ему, завязав тем самым очередной долгий диалог, а то и полилог но… Её внимание привлекли мрачные тёмные тучи, набегающие на небо над городом и пришедшие, видимо, откуда-то с Северных Пустошей. Раньше она таких не замечала. Они выглядели как-то... зловеще что ли. Не как обычные тучи. По крайней мере, при взгляде на них Ами стало крайне неуютно. Тогда нечего на них и смотреть. Пора быстро убираться отсюда, мало ли что они в себе несут при такой наружности. Даже небольшой дождь сейчас ни к чему. 

Пора в путь. К соседнему городу вёл широкий торговый тракт. Не заблудишься. Только ну если очень постараться.  Она спустилась с холма, вскинула на плечи свои вещи и поплелась в направлении Омилла. Спешить было некуда, быстро дойти всё равно не получится.  Но безотчётное желание уйти подальше от возможной области действия тучи было сильным. Как и желание чего-нибудь пожевать.
Кстати, а не достать ли чего из висящей на боку сумки перекусить. Так и идти поприятнее будет. Она только вышла из дома, а аппетит уже разыгрался так, как если бы была пройдена внушительная часть дороги. Обжора Ами. В любом случае, надо выдать что-то своему организму. Авансиком. Не стоит останавливаться. Надо извлечь то, что лежит поближе. Бродяжка сунула руку в маленькую сумку, висящую на уровне бедра, и нащупав, вытянула большой ломоть своего любимого сушёного овоща. Она с удовольствием откусила и принялась жевать. Было на её родине и что-то хорошее. Особенно оно было хорошо с вкусными и питательными продуктами. В этом Кантину не было равных. Кантинские на материке считались обжорами, но кто бы не стали ими, при всём этом продовольственном великолепии? Определённо, она будет скучать. 
Сушёные овощи наверняка возят в Омилл. Сколько-то у неё есть с собой. На приятную дорогу до места назначения, где есть кофе и плющики, вполне хватит. А точно ведь, их возят… Да. Она больше чем уверена, что это так. Ами напрягла память, пытаясь вспомнить отчёты по инвентаризации до отправления грузов и перечни когда-то сопровождаемых ею караванов. Да, точно, возят.

Такие важные вещи кажутся такими незначительными, пока они находятся в поле доступа. Но, когда вдруг понимаешь, что их нельзя достать… Ами внимательно, новым взглядом, посмотрела на кусочек овоща в своей руке. Что бы она ему сказала сейчас?

"Я правда очень люблю тебя! И мне эти полцикла будет очень тебя не хватать. Кто бы могли подумать."