Волчица на продажу. Соната золотой луны

Рафаэль шел по пустынным ночным улицам города. Один вечер и все планы пошли кувырком. Все из-за нее. На аукцион он пришел по своим делам, и никак не ожидал там встретить ее. Девчонку он узнал сразу. Она была поразительно похожа на мать. Только стройнее, деликатней, черты лица нежнее, но та же энергия жизни, жажда авантюризма и соблазн в каждом движении, дурманящий запах желания. Покойная Шанталь, мать девочки, принесла ему немало бед, разрушила не одну жизнь. От ее плоти и крови вампир не ждал ничего хорошего. Хотя и не мог заставить себя относиться к ней с той же неприязнью и отстраненностью, как к Шанталь.

И по той информации, которой он владел, Эмбер уже успела натворить делов. Не просто ведь прячется от приемных родителей, которых считает родными. Разбираться в ее жизненных перипетиях у Рафаэля не было желания. Он уже итак порядком влез, куда не следует. Придется расплачиваться за ее освобождение. И это тогда, когда у него и своих дел по горло, когда с советом вампиров отношения не однозначные.

Но увидев ее изумрудные глаза, еще там, на аукционе, еще более сочные, яркие, чем у ее отца, он не смог остаться в стороне. Рафаэль разглядел в них печаль, наивность, боль, что-то затронуло его в ней.

Изначально он знал о ее существовании. Следил издалека, не приближаясь. Девчонка жила обычной жизнью, работала переводчиком, а после нападения на стаю бесследно исчезла. Все считали ее погибшей, но вампир был уверен, не та в ней кровь, чтобы так просто сгинуть. И он боялся того момента, когда ее способности расцветут в полной мере. Даже надеялся, что этого не произойдет.

Он решил для себя разобраться со всем как можно скорее. Обеспечить безопасность Эмбер и уехать из ненавистного города, с которым его связывали не слишком приятные воспоминания. Да, и жить рядом с советом вампиров – это как ходить по краю пропасти, никогда не знаешь, кто тебя толкнет в спину, а кто мило улыбаясь, подставит подножку.

Рафаэль приблизился к ярко освещенному особняку. Помедлил с минуту. Подниматься по ступенькам не хотелось. Видеть хозяйку дома – тем более. Но выбора нет. А из-за Эмбер этот визит загонял его в капкан, и Рафаэль даже не представлял, через сколько лет сможет выпутаться. Если бы не девчонка, он мог бы выйти с минимальными потерями, а так он уже изначально обречен на провал. Долг связывал сильнее любых цепей.

Охрана пропустила вампира, дворецкий проводил в зал. В доме все кричало роскошью, сверкало, так, что глазам становилось больно. Столько десятков лет прошло, и ничего не изменилось, все та же показуха в каждой детали.

Хозяйка дома задерживалась. Играла на нервах. Она любила заставлять себя ждать. А уж его так и подавно. Впрочем, Рафаэль и не надеялся, что с ней будет легко.

Только спустя час, в коридоре раздалось неспешное цоканье каблучков. Лаура величественно вплыла в зал в сопровождении двух вампиров. Она редко появлялась без свиты. Рыжие шелковистые волосы спускались до талии, на алых губах играла самодовольная улыбка, яркое синее платье спереди открывало бесконечно длинные ноги, сзади по полу тянулся шлейф. Украшений на ней было столько, что вампирша светилась как новогодняя елка. И все же ярче всего блестели ее глаза, серебристое мерцание, манящее и околдовывающее.

- Рафаэль, дорогой друг, приветствую тебя! – в голосе слышался хрустальный звон, помимо воли хотелось улыбнуться, открыться. Но нет, прошли времена, когда ее дешевые фокусы действовали на него.

- Доброй ночи, Лаура, - он слегка склонил голову.

- Я польщена, через столько десятилетий ты удостоил меня своим визитом, - в хрустальном звоне голоса читалась неприкрытая ирония. Вампирша величественно прошла в середину зала и уселась в кресло, больше напоминавшее трон, жестом указав гостю присесть рядом на кожаный диванчик.

- Время для нас течет иначе, - он присел, ощущая на себе ее оценивающий взгляд.

- Верно, мой старый, добрый, холодный друг, - смех ее заполнил зал, веселый, густой, соблазнительный. – А все пути, так или иначе, ведут ко мне.

- И ты сделала все, чтобы они привели меня раньше, - он улыбнулся, отстраненно, слишком небрежно.

- Ну, право, не стоит преувеличивать моих заслуг. Ты вполне справился сам. Рафаэль, ты всегда полон сюрпризов, даже для меня, - серебристые глаза заискрились еще сильнее.

- Запрет для Дария на посещение практически всех земель, и на аудиенцию у совета – твоя инициатива, - его слова прозвучали обманчиво мягко, окутав вампиршу, заставив вздрогнуть.

- А ты все еще верой и правдой служишь тому, кто этого не достоин. Рафаэль, - она с сожалением покачала головой, отчего рыжие волосы заиграли в свете ламп, - Ты ведь мог стать членом совета, мог иметь такую власть. Но ты отверг мои дары, - Лаура склонила голову набок, серебро лилось из ее глаз, пробиралось под одежду, ласкало и обжигало.

- Это мой выбор, - фиалковый свет схлестнулся с ее серебром, молчаливое состязание двух воль, желание пересечь границу души друг друга, добраться до сокровенного. Они одновременно отвели взгляд, ничья, пока что ничья.

- А я продолжаю хранить твои тайны. Но, Рафаэль, даже у моей благосклонности есть предел, - пухлые алые губки изогнулись в эротичной улыбке.

- У твоей благосклонности всегда есть цена.

- Думаешь? - она снова засмеялась, с оттенком грусти и едва скрытого разврата.

- Уверен, - одно слово, сказанное тихо, так непристойно, что кожа у нее покрылась мурашками.

- Почему же ты тогда не платишь по счетам? – она плавно поднялась со своего кресла, выгибаясь, умело подчеркивая достоинства совершенной фигуры, плавно продефилировала к диванчику и села рядом с Рафаэлем.

- Все уплачено с надбавкой, - он даже не шелохнулся, продолжая сидеть неподвижно, замерев как статуя.

- Старые, да, кое-что. Так новые… растут, - вампирша провела кончиками длинных утонченных пальчиков по его руке. – Свеженький долг за волчицу на аукционе. Зачем она тебе, Рафаэль? – последние слова она прошептала, нагнувшись к его уху, повеяло силой, морозной, леденящей и притягательной.

- Это мое дело, - он повернулся, и губы вампира оказались в нескольких миллиметрах от ее слегка приоткрытого алого ротика.

- Твое, конечно, твое, - Лаура прикрыла газа, грациозно взмахнув ресницами, потом резко их распахнула, и серебристая россыпь звезд полилась из ее глаз. – Только аукцион мой, и ты сам назначил ставку, сам себя принес мне на блюдечке, да, дорогой, - она медленно, кончиком языка облизала нижнюю губу.

- Я не отказываюсь. Чего ты хочешь? – он не отодвинулся, и ее аромат окутывал, неприкрытая сила струилась по коже, исследовала, ласкала, зазывала.

- Вот так по-деловому? Со мной? – она запрокинула голову, засмеялась, тягучим сладким смехом, заполняя собой воздух, пространство. – И если я скажу, - вампирша пробежала рукой по пуговицам на его белоснежной рубашке, - Прямо сейчас подарить мне греховное наслаждение? – перестав смеяться, склонила голову, в глазах играла дьявольская смесь похоти и искушения.

Рафаэль перехватил ее руку.

- Ты права, не смогу отказать, - приблизился вплотную, пробежал ребром ладони по скуле Лауры. – Только я не верю, что ты позволишь себе опуститься так низко. Та, кто вертит советом, как хочет, затягивает в ложе насильно? – его голос был мягче перины, а слова резали сильнее ножа.

Она исчезла, слилась с обстановкой, только по-прежнему сила ее присутствия наполняла воздух. Через несколько мгновений, Лаура возникла за спиной вампира, стояла позади диванчика, положила руки ему на голову, пробежалась по волосам, очень чувственно нежно.

- Так хорошо меня знаешь, Рафаэль? Уверен, что просчитал все наперед? – она издала мурлыкающий звук, ласкающий слух, заставляющий расслабиться и забыть про проблемы. Потом резко вцепилась в его волосы, и потянула голову на себя, возвышаясь над вампиром, заставляя смотреть себе в глаза. – Только не забывай одну маленькую деталь, я твой мастер, и всегда буду сильнее. Как бы ты не убегал, радость моя, ты связан со мной навек. Обращенный мной, непокорный, холодный, ты сам придешь в мою постель.

- Ты ни на секунду не даешь об этом забыть, - он не делал попыток вырваться, фиалковые глаза напоминали спокойное море, и только где-то там вдалеке, едва заметно, виднелись раскаты грома.

- Ну-ну дорогой, я очень терпелива и благосклонна. Позволила тебе истончить нашу связь, уехать, служить Дарию, свободно жить, как тебе хочется. И ни капли благодарности в ответ, - она провела языком по его щеке. – Вкусный! Только отстраняясь, ты теряешь силу. Слабеешь без своего мастера. А стоит ведь только попросить…

- Оставь свои дары при себе, Лаура. У них слишком высокая цена,- он прикрыл глаза, словно пряча то, что могло в них отразиться.

- Она приятна, милый, весьма приятна, - она шептала с придыханием и терлась щекой о его волосы. - Наследный принц, любимый сын короля, я дала тебе вечность, в обмен на призрачные несколько лет правления на троне. И ведь у наших возможностей нет предела.

- Обратила меня ты только для себя, а никак не из благородных и добрых побуждений. Соитием ты восстановишь связь и получишь еще один ресурс для силы. Не стоит играть в добрую фею, Лаура.

- Секс, Рафаэль, божественное единение, когда наша связь достигнет апогея. Ты даже не представляешь, от чего оказываешься, - она приблизилась к его рту, - Попробуй, - и выдохнула ему в губы. Энергия полилась внутрь вампира, учащая сердцебиение, насыщая кровь, водопадом струясь по венам. Лаура заполняла его, дарила эйфорию, он парил в невесомости, кружил в сиянии ее глаз. Она пьянила, разрушала барьеры, удовольствие охватило тело, сила играла на кончиках пальцев. Его тело принимало мастера, судорожно поглощая энергию и не желая останавливаться. Наркотик, дурманящий, вкусный и опасный. Он вызывал зависимость с первого глотка, и заставлял жаждать еще и еще, больше и больше.

Он встал с диванчика, пошатываясь. Вампирша не удерживала, только смотрела с легкой ироничной улыбкой на лице. Рафаэль ощущал себя пьяным, одурманенным, и только нечеловеческая сила заставляла его оставаться стоять на месте. Сила мастера взывала в нем, связь становилась прочнее.

- Нет, - он вложил в одно слово всю твердость, на которую был способен.

- Пока, нет, милый. Как ты сам заметил, время для нас течет иначе. Я подожду. Играйся со своим новым приобретением. А долг, хм, – она закатила глаза и плавно направилась к своему креслу, - Ты все равно уплатишь, когда я скажу, - села, откинувшись на спинку и выпятив грудь вперед, она дышала возбужденно, прерывисто, соски вызывающе выпирали, мимо воли приковывая к себе взгляд.

- У меня к тебе письмо от Дария, - он засунул руку в карман и извлек оттуда запечатанный сложенный вдвое конверт. Подошел и протянул вампирше. Она открыла его, бегло просмотрела, скомкала и выкинула на пол.

- Нет. Вход на наши земли для него закрыт. Пусть пока остается главой клана. Но видеть его не желаю, - она нахмурила идеально очерченные бровки. – Тут дело даже не в тебе, Рафаэль. Он позволил себе убивать наших собратьев. Учинил войну с оборотнями, на которую не было дано разрешения. Только благодаря тебе он заслужил от меня поблажки, - тут она просияла, озарилась внутренним светом, - И в твоих силах попытаться изменить мое решение, милый. Скажем так, добиться для него еще некоторых послаблений.

- Я тебя услышал, - вампир едва заметно кивнул головой.

- Думай. Не тороплю. Но раз уж ты почтил меня своим визитом, позволь, пригласить тебя разделить со мной трапезу, - она подала знак, и в зал ввели одурманенного парня. Он глупо улыбался, пребывая в гипнотическом вампирском трансе.

Рафаэль невольно попятился. Снова ловушка. Приглашение мастера, по этикету нельзя отвергнуть. Это считалось высшим знаком благосклонности. Отказ расценивался, как оскорбление и унижение. За подобное Лаура будет мстить жестоко и на показ. И бить она будет по самым уязвимым местам, по тем, кто ему дорог.

- Ментальное единение, - прошептал Рафаэль, сохраняя внешнее спокойствие.

- Компромисс, - вампирша склонила голову и облизала губы в предвкушении – она никогда и никому не позволяла уйти просто так. Тем или иным способом Лаура всегда получала свое.