Хозяева Земли. Невеста поневоле (книга 2)

Карета несется с бешеной скоростью для этого мира. Двадцать километров в час по отнюдь не немецким дорогам. Была бы я бутылкой шампанского, разорвало бы толстые зеленые стенки в клочья от такой мозготряски минут через десять.

А мы мчимся сломя голову уже пять часов! Потому как позади скачут рыцари Юджина, железками потряхивая, чтобы им не ладно было. Нахальный маг все никак не уймется. Из–за него собиралась в спешке, приводя себя в товарный вид, не все взяла, что хотела. А еще не выспалась! Второй день уже не высыпаюсь! Как во время запоя в онлайн игры!

Со мной эскорт из бывших бандитов, именуемых доблестной гвардией баронессы Балейской. А еще на меня смотрят круглые глазенки Миры, Поли и их мамочки Серафимы. Вся троица с особой радостью согласилась сопровождать меня и поддерживать в трудную минуту.

Не знаю, как это сделал Милан, но через все дорожные посты на границах владений лордов нас пропустили слету. А Юджина похоже задерживали, как моги. Видимо, влиятельный у него покровитель, этот маркиз Эрих.

Пока ехала, любовалась просторами и местными достопримечательностями, что проносились с ?бешеной? скоростью. Даже пару замков и десяток отдельно стоящих башен приметила на горизонте. Чем ближе к дворцу герцога, тем плотнее деревни и больше народа. Вскоре и строения стали величественнее, на этаж, а то и два повыше.

Кучер объявил, что въезжаем в первый город. Это не был Семистрелья. Название не запомнила, потому как дальше было еще штук пять. Все напоминали мне поселки городского типа с большой плотностью населения. Если представить вьетнамский рынок на птичьем базаре, картинка выйдет схожая. Суета, шум, гам и беготня. Народу кишит. Оно и понятно. Крестьяне стремятся поближе к высокому лорду, под его крыло и защиту. Ведь чем ближе к герцогу, тем меньше произвола.

Заночевали на постоялом дворе без приключений. Утром отправились дальше. Теперь уже спокойнее. В итоге дорога отняла четыре дня моей жизни.

И вот, к вечеру четвертых суток мы прибыли к стенам столицы герцогства.

Тут – то я удивилась по–настоящему. Каменная стена и мощные ворота распахнулись перед маленькой и ничтожной кареткой. Пропустили не сразу, провели досмотр кареты, путем заглядывания в салон и получения ослепительной улыбки от красивой и кудрявой меня. Оказывается, у них уже ?море на замок?, вечером никого не впускают и не выпускают, порядки герцога, комендантский час и все тому подобное. Для титулованных баронесс исключение? Ага, размечталась. Просто дали страже денег.

Въехали в город… Среди леса деревянных домов море кирпичных строений, некоторые похожи на монолитные, то есть каменные. И все это обросло вокруг величественного замка, которому конца и края не видно. Местность в огнях, красками сверкает, ну точно не обычным огнем, а скорее магическим! Ярче всего светятся знамена на башнях замка, до которого кучер решил не спешить.

Гостиница найдена добротная. Разместилась сама, ребят поселила и проплатила на неделю вперед, от чего вызвала бурю позитивных эмоций у управляющего.

До открытия бала два дня! Девочки визжат с глазами на выкате. Никогда в жизни дальше речки Балейской губернии не выбирались. М–да… Что бы с вами было, увидели бы вы Москву. Дурынды радуются, а у меня живот крутит от волнения. Одеревнилась я… ой, как одеревнилась!

***

Утро началось у меня примерно в обед. Никто не будил. Девочки и сами дрыхли, забот ведь никаких, только я, если что в голову взбредет. И взбрело.

Ездила я как–то на экскурсию в города золотого кольца России. И в каждом городе как минимум по магнитику или колокольчику, а то и статуэтке какой на память прихватывала. Вот сейчас те же побуждения. Побывала на другой планете, а ничего толком нет памятного. Надежда, что мы с сестрой вернемся назад не голые, есть. Ведь люди–бабочки в одежде к нам прилетели и пыльцу отсюда перевезли. Я про ту, которой меня Эрей Авель угостил.

– Госпожа, запомните название нашей гостиницы, – пропел мне в след управляющий. – Зеленая роза…

Быстро перекусила и выскочила на улицу с острым желанием поскорее покинуть стены комнаты. Признаться… ломка. В обычном походном платье, ничем не примечательном и немного неуместной жилетке решила прогуляться по улицам. По первому впечатлению здесь довольно тихо и уютно. Улочки маленькие, движение дорожное не плотное, пробок нет. Оглянулась на гостиницу. Трёхэтажное кирпичное здание. Запомнила ориентиры в виде белой башенки справа и парочки крылечек соседних домов с красивыми клумбами цветов. Вокруг больше такого не увидела. Шагнула на тротуар, все вымощено камнем. Довольно старым, судя по сальному цвету и значительно большим прорехам.

Пронеслась карета, рулевой там горланил довольно нервно. Меня чуть с ног не сбила и унеслась в сторону замка, который отсюда видно довольно хорошо. Массивные стены и шпили до небес. Странно, но днем по первой же улочке город показался мне невзрачным. Ночью он был красочней.

Потопала до перекрестка, прячась в тени домов. Солнце склонилось за полдень. Но жарко. И совсем не свежо. Запахи невкусные витают, потому как смешиваются друг с другом. Порой ощущение складывается, что где–то поблизости канализация, или кого–то стошнило в подворотне.

Стучу низеньким каблуком по неровным камушкам тротуара, мимо проходят люди, пробегают мальчишки и девчонки. Все в своих заботах. Девочки, похожие на кухарок с фартуками бежевыми ходят с корзинками и прочей поклажей. Их доминирующее множество. Нервно выдыхаю, я уж точно не кухарка. Минимум императрица, а то и властительница мира. Просто пока еще сквозь тернии иду.

– Дочка, подай бабушке слепой, – раздалось так неожиданно.

Обратила на нее внимание. Старая дряхлая женщина в проеме между домами сидит. Закоулок темный и злачный.

– А откуда вы узнали, что я именно дочка? А не сынок? – Уточняю ехидно.

– От тебя пахнет цветами, дочка, – улыбается та, пряча глаза. Замечаю, что лицо обезображено, аж страшно стало.

В кармашек жилетки полезла, монетку первую же попавшуюся взяла. Серебряник оказался. Значит, судьба. Протянула ей, проверяя на слепоту. Не реагирует. В руку вложила.

Бабулька без зазрения совести на зуб попробовала, удивилась.

– Спасибо, дочка.

– Дареному коню в зубы не смотрят, – фыркнула я раздосадованная.

А если бы медяк? Не взяла бы, побрезговала?

Поспешила дальше, чтобы не слушать ворчаний. Народ вообще не воспитанный, в чем убедилась на следующем повороте. Когда меня чуть с ног не сбил толстый мужик. И даже не извинился.

Плетусь, рот на все разеваю в поисках лавки или магазина какого–нибудь. Решила поспрашивать прохожих.

?– Госпожа, две улицы прямо и направо, там увидишь, – пробормотала розовощекая кухарка на ходу.

Сделала шагов десять, меня окликнули.

– Госпожа, – подскочил мальчишка лет двенадцати. Одет относительно прилично. Волосы чистые, каштаном поблескивают. – Ты неместная?

– А не похоже?

– Прогуливаешься, – отвечает с укором. – Кто без дела, тот нездешний. Проводник не нужен? А то заплутаешь.

– И сколько возьмешь за услуги свои?

– Три медяка, – улыбается.

Протянула серебряник. Так… а у меня вообще есть, эти копейки медные? Или только серебро да золото? Что–то я не обратила внимания на это, когда брала размен за камни у разбойника.

Повел в подворотню. Остановилась.

– Э нет, дорогой, – говорю строго. – Ты меня сейчас заведешь в засаду. Я до рынка знаю дорогу. Ты мне лучше там подскажешь, где что продается.

Фыркнул. Мальчишка оказался с характером.

Дошли до нужного перекрестка и там направо, как кухарочка сказала. Длинная улица усеяна нищими, просящими подать. А дальше площадь виднеется с массами народа. Сразу шум и гам поднялся. Колесный транспорт вокруг скрипит, копыта о камень стучат, лошади жрут, бабульки бранятся, мужики спорят, да смеются.

Карета навстречу, из–под колес едва успевают убраться, устроившие посиделки местные бомжи. Русский матерный витает в воздухе. Я таких слов еще не слышала.

Мальчонка мой за руку взял да так нагло, что я и опомниться не успела, тащит через суету. В нос ударила мерзопакостная вонь.

Мимо меня проезжает карета. Из окошка женщина смотрит. Наши взгляды встречаются четко. Очень красивая, глаза ясные светло–зеленые, волосы вьющиеся рыжие, кожа белая. Вылетая французская певица. На шее блеснуло ожерелье разноцветными камнями с вишню каждый.

Карета дальше поехала, мальчишка за руку тянет. А у меня в голове ее фотография осталась: молодая, красивая девушка с печальными глазами, будто птица в клетке. Посмотрела на меня с завистью, хотя по одной карете можно судить, что живет безбедно.

Будто в подтверждение моих слов, за каретой пронеслись всадники. Рыцарей пятнадцать. И у всех доспехи необычные, блестят так ярко и гремят мощно… На меня никто даже внимания не обратил. Я мышь серая в походном невзрачном платье и с мальчиком за руку.

Птица в клетке… эта мысль не отпускает. Дошли до рынка. Лавки рядами, как и везде. Самый оптимальный вариант для массовой торговли.

– Что ты ищешь? – Спросил мальчишка.

– Пока не знаю, – пожимаю плечами. – Ты будь рядом, хорошо?

Кивнул. Пошла вперед. Булочками запахло, мясом. Еду продают. Несколько рядов продуктов миновала, чтобы до вещевой части рынка дойти. Устремилась на цветное, как ворона. Люди толкаются. Сперва подумала, что это хроническое крестьянское хамство. А оказалось дело в другом. Тесноту создавали господа, что тоже шастали по рынку с охраной, которая нагло толкала всяких кухарок и проходимок вроде меня.

– Расступитесь! Разойдитесь! – Горланили охранники.

– Дорогу графине!

– Дорогу виконтессе!

– Дорогу баронессе! – Крикнула и я, не выдержав очередного хамства со стороны наемников разодетой госпожи.

Мужчины расступились в недоумении. Когда я злая, выгляжу очень опасно. Уверена в этом. Перед зеркалом репетировала и сама пугалась.

У одной лавки довольно большое скопление охраны разных мастей. Через плотную стену мужчин вижу мелькающих особ в красочных платьях. Зашли в большую лавку с бальными платьями и выбирают себе новые наряды.

– Я предпочитала раньше шить на заказ, – говорит одна другой тоненьким певучим голоском.

– У Боска шикарные платья, – отвечает ей женщина постарше. – Их возят из Заморья.

– Да, почтенные леди, – подхватил щупленький мужичек. – Весь товар пришел из портов Вифии. А дальше три месяца пути, чтобы вы увидели это чудо.

– Великолепно! – Восклицает еще одна дамочка.

Да тут целый цветник собрался. Пытаюсь прорваться. Мне преграждает путь охрана.

– К графине Селесте не велено пускать, – пробурчал крупный усатый мужчина, вылитый монгол.

– А я и не к ней! – Рычу и выдаю с претензией. – Лавка общая!

– Что за суета?! – Раздалось грозное. Передо мной предстал рыцарь метра в два ростом. Глаза хмурые, но добрые. А на кого ему злиться, если все такому громиле уступают?

– Баронесса Валерия Балейская, к вашим услугам, рыцарь, – выдала, глядя на него исподлобья. – Лавка общая, хочу посмотреть товар. Или это владения графини?

– Баронет Норд Ирнский, – Поклонился. – Рыцарь…

И бла–бла–бла. Орден такой–то вассал того–то. Мне по большому счету плевать на него. Хочу платья посмотреть, пока эти куры все не раскупили!

Посмотрела на него пытливо. Пропустил.

Расфуфыренные дамы на меня покосились.

– Норд! – Раздался грубый, но женский визг. – Какого бескрылого владыки?!

– Миледи, она…

– Лавка общественного пользования, – брякнула я, покосившись на нахалку.

Женщина лет сорока пяти, активно борющаяся с неизбежностью. Судя по глазам и чертам лица была довольно хороша собой. Тоненькая фигурка, длинная шейка.

– Норд! – Издала вопль снова. – Убери ее.