Суккуб в квадрате

    Глазам не верю! Это что же, Жорик с Дениской впервые объединились, чтобы за меня вступиться? О-о-о, мля! Нас точно ждет апокалипсис!

    – О, детка, твои защитнички! – презрительно фыркнул инкуб. – И кто из этих двоих твой любовник?

    – Оба! – равнодушно пожала плечами я. – Люблю разнообразие!

    – А ты с каждым по отдельности трахаешься или с обоими сразу? – тут же озлился Ленар. – Хотя плевать. В любом случае в моем доме может быть и то, и это. Если я позволю.

    – Юленька, иди ко мне, – это уже Дениска.

    – Да, иди, Юленька! – передразнил его Ленар, больно впиваясь в мой бок пальцами. – А мы сейчас быстренько вернемся в кабинет наставницы и исправим в договоре имя «Юлия» на имя «Елизавета».

    – Сука! – прошипела я. – Что б ты сдох!

    – Детка, я почти бессмертный! – нагло ухмыльнулся инкуб.

    – Мальчики, мне тут надо отлучиться, – с натянутой улыбкой сказала я своим нежданным защитникам.

    – Хочешь сказать, что ты с ними идешь по своей воле? – повысил голос Жорик.

    – Точно! – оскалилась я, изображая идиотскую улыбку. – Просто старые друзья, мать их! Вернусь, все расскажу, когда будем в очередной раз кувыркаться.

    У Жорика и Дениса глаза стали как блюдца, а я подмигнула и, освободившись из захвата инкуба, шагнула ближе к парням и одарила каждого жарким поцелуем. Жорик увлекся и застонал, прижимая меня к своему неугомонному, тут же вскочившему хозяйству.

    – Ну, хватит! – рявкнул Ленар и рванул меня из объятий Жорика.

    – Я буду скучать, мальчики мои! – помахала я ручкой обоим и пошла, опять толкаемая в спину инкубом.

    Мы с моими конвоирами вышли во двор. Было противно от того, как все на нас пялились. Но мне не привыкать делать каменное лицо.

    – Сколько я должна буду жить у тебя в доме? – спросила я, не оборачиваясь.

    – Сколько я скажу! – холодно ответил инкуб.

    Если и до этого он не отличался любезностью, то после шоу в коридоре его настроение, похоже, окончательно испортилось.

    – Тогда мне нужно собрать вещи.

    – Ты собираешься ходить в моем доме в этих дешевых тряпках? Где ты их взяла, в секонд-хенде?

    Вот гад! Не всем же одеваться от лучших домов!

    – Ага. Как догадался? Тоже бываешь часто? Кстати, чем зарабатывают на жизнь инкубы? Ублажают престарелых богатых дамочек?

    Ленар резко рванул меня на себя, разворачивая. Я от неожиданности смачно впечаталась в его мощную грудь и судорожно вдохнула, невольно захватывая его неповторимый запах. Он грубо, до боли притиснул меня к своему телу, и я ощутила жесткую длину его члена, вжавшегося в мой живот.

    – Я бы на твоем месте не дразнил меня, детка. Иначе последствия могут тебе не понравиться. Ну, или очень понравиться, это уже как я захочу, – угрожающе промурлыкал он мне в ухо.

    – Что же за праздник у меня сегодня такой! – я резко просунула между нами руку и сжала через штаны его достоинство. – С самого утра об меня трутся чем-то несуразным.

    Инкуб зашипел и отшатнулся.

    – Нарываешься, девочка? Успокойся ты и так не усердствуй, тебе от этого и так никуда не деться. Хотя такой, как ты, возможность прикасаться к моему члену еще заслужить надо! – насмешливо скривил он губы, как будто я что-то непотребное.

    – И как же я проживу-то без такой чести?! – театрально воздела я к небу руки. – Наверное, так же, как и раньше жила!

    – Запомни, ничего в твоей жизни больше не будет как раньше! – И Ленар, развернув меня, опять стал толкать к своей машине.

    Тачка у них, конечно, была роскошная. Огромный внедорожник цвета мокко с внутренней обивкой из натуральной кожи оттенка кофе с молоком. Ленар открыл переднюю дверь.

    – Живо садись! – приказал он. – Только осторожней, обивку не запачкай своей одеждой парижского клошара.

    – Могу раздеться! – огрызнулась я.

    – Да ладно, я уже понял, что ты на все готова, но пока не стоит. Разденешься, когда скажу, – равнодушно отозвался Ленар.

    – Да размечтался!

    – Было бы о чем мечтать! Я о голых бабах не мечтаю с тех пор, как пережил переход, детка.

    – Ну да, вы ж, как гинекологи, в женские щели с утра до вечера смотрите.

    – Скажи, что надо сделать, чтобы ты заткнулась? – раздраженно рыкнул инкуб, усаживаясь за руль.

    – Попробуй сдохнуть. Обычно это помогает.

    Ленар сжал челюсти и завел двигатель. Всю дорогу инкубы сохраняли мрачное молчание. Я же вертела головой.

    – Если пытаешься запомнить дорогу, то напрасно. Все равно тебя из моего дома никто не выпустит, пока я не позволю. Если надеешься сбежать, то тоже зря. Это еще никому не удавалось.

    – Ну, все бывает в первый раз, – нагло заявила я, но, увидев, как он гневно открывает рот, прервала его. – Ладно, не заморачивайся на угрозы. Я в курсе. Сбегу, а вы за сестру возьметесь. Но ты мог бы не напрягаться так. Подписанный договор не позволит мне уйти от тебя надолго, даже если смогу. Если не вернусь в течение суток – рехнусь от боли. Так что расслабься. Тем более что, как бы ты ни старался, презирать и ненавидеть вас еще больше я не смогу, потому как больше невозможно. А бояться вас я не стану.

    – Вот как? Ну, у нас еще будет время проверить все твои дерзкие заявления, детка, – высокомерно ухмыльнулся Ленар.

    Я отвернулась и, откинувшись на спинку, сделала вид, что сплю. Осмысливать то, в каком дерьмовом положении оказалась, сейчас не могла, иначе выдала бы себя волнением. Будет еще время. Я всегда выпутывалась из всех отстойных ситуаций, полагаясь только на себя, выберусь и из этой.

    Ехали долго. Когда в следующий раз открыла глаза, мы уже въезжали в какой-то огромный двор, отделенный от остального мира глухим высоченным забором с колючкой поверху. Впереди был виден большой особняк, напомнивший мне старые английские то ли дома, то ли замки каких-то там лордов века восемнадцатого. Насколько я смогла рассмотреть, территория, обнесенная забором, была внушительной. Вдали виднелись разные надворные постройки в том же старинном стиле, что и сам коттедж. Да уж, не хреново живут в нашем мире паразиты.

    – Ты хатку такую выбрал, потому что сам древний и ностальгия по прошлым векам замучила? – не смогла помолчать я, но Ленар меня проигнорировал.

    Машина замерла у парадного входа. Мы вышли, и меня тут же не слишком вежливо схватил за предплечье один из сопровождавших Ленара инкубов.

    – Куда ее? – подал он голос.

    И опять же, должна была признать, что голос каждого инкуба – это тоже один из инструментов соблазнения, потому что они звучали так, как только мог звучать настоящий желанный самец, даже если говорил гадости.

    – Надо же, а ты не немой! – ухмыльнулась я. – А я-то уже подумала, что в вашей компании только Ленар говорящий, а остальные только трахающие.

    Инкуб одарил меня злобным взглядом.

    – Ты достала, ведьма, – произнес он со скрытой угрозой.

    – Да что ты, я еще и не начинала!

    – Вот и не стоит, – и он вопросительно посмотрел на Ленара.

    – Ее в спальню напротив моей, – ответил тот и, не глядя больше на меня, пошел вперед.

    Инкуб, не выпуская моей руки, втолкнул меня в двери, и мы очутились в огромном роскошном холле дома. Там стоял еще один индивид, поразительно похожий на Ленара. Только черты лица были чуть мягче, и изгиб полных губ более чувственный, чем у главного засранца.

    – Надо же, маленький суккуб, неужели ты наконец в нашем доме?! – промурлыкал он, и от его голоса по коже пробежала волна удовольствия и возбуждения.

    Но я моментально отбросила от себя это очарование, как мерзкую змею, услышав ненавистное определение. Суккуб. Да, это то, что я есть, и то, за что я себя ненавижу, но не в силах изменить.

    – Пошел ты, паразит! – рыкнула я.

    – Паразит? – поднял красивую черную бровь новенький. – А она забавная, Ленар!

    – Ты находишь?! – фыркнул Ленар. – По-моему, она просто невыносима, Лиам. В комнату ее, Ринар.

    – Скоро увидимся, маленький суккуб! – усмехнулся Лиам.

    – Еще раз назовешь меня так, и я тебе челюсть сломаю, – пообещала я.

    – О, и правда, забавная! Тебе не нравится то, кем ты являешься? Очень жаль, ведь ты огромная редкость и весьма ценна...

    – Лиам, захлопни пасть, – одернул его Ленар. – Ринар, ты ждешь пинка для ускорения?

    Тот, кого назвали Ринаром, грубо потащил меня к лестнице, поднявшись по которой, мы оказались в коридоре. Хотя, говоря по правде, вся грубость выходила от того, что я целенаправленно, из вредности упиралась и волочила ноги. По пути нам попадались еще инкубы, жадно впивающиеся в меня глазами и ловящие мой запах, даже не скрываясь.

    – У вас тут что, инкубская мальчуковая коммуна? Не знала, что вы, ребята, так любите общество друг друга, что живете как пчелки в улье.

    – Вообще-то мы строго территориальны, несносная ведьма, – снизошел до объяснений Ринар. – Но в нынешних обстоятельствах это необходимость.

    Резко остановившись, он толкнул дверь и бесцеремонно впихнул меня внутрь большой комнаты.

    – Скоро принесут одежду, – буркнул он и с громким хлопком отгородился от меня.

    Я огляделась. Да, конечно, после облезлой крохотной комнатки в общаге это были королевские апартаменты. Причем говорю это без тени сарказма и иронии. На себе тут явно не экономили. Я видела такие интерьеры только в глянцевых журналах про богатых и знаменитых, которые таскали наши студентки и, обливая слюнями, залистывали до дыр на перерывах. Оценить все, что меня окружало, можно было только как «охрененно роскошно». Я сунула нос в ванную – там все так же шикарно. Кругом мрамор, дорогущая даже по виду плитка и золоченые краны, от которых в глазах бликует.

    Но мне все это было до лампочки. Я тут ненадолго, так что привыкать не собираюсь. Сбросив свои видавшие виды кеды, я достала старенький сотовый и решила позвонить Лизе, чтобы объяснить, что меня долго не будет. Но мой раритет сообщил мне, что тут нет сети. Попытавшись несколько раз, я походила по комнате и даже, открыв окно, высунулась с телефоном наружу. Ничего. Ладно. Оглядевшись, я заметила под окном узкий парапет. Выбравшись наружу, прошла по нему до угла здания. Когда проходила мимо других окон, послышались какие-то звуки. Я спокойно дошла до угла и опять попробовала оживить телефон. Без понту. Видно, мой старичок приказал долго жить. Печально. На новый средств не предвиделось.

    Неожиданно мое внимание привлекла суета внизу. Несколько инкубов бежали к тому месту, над которым я стояла.

    – Стой, не двигайся! – заорал первый подбежавший.

    – С чего бы это? – с любопытством спросила я.

    – Пожалуйста, не делай резких движений. Мы сейчас принесем лестницу и снимем тебя! – как можно более ласково вещал второй.

    Действительно, кто-то помчался за лестницей, а остальные на все лады уговаривали меня не делать глупостей. Как будто я собиралась.

    Я присела на парапет и, спустив ноги, откровенно потешалась над усилиями инкубского театра пародий изобразить штатных психологов службы спасения.

    – Развлекаешься? – раздался низкий голос над самым ухом, и я, испугавшись, дернулась и тут же соскользнула с узкого парапета. Но сильная рука схватила меня за шиворот и затянула обратно. Я оказалась опять прижата к мощному телу Ленара, а его пылающие яростью глаза прожигали во мне дыру.

    – Живо возвращайся к себе в комнату! – прошипел он и, легко развернувшись, пошел по узкому выступу так непринужденно, как будто делал это по пять раз на дню.

    Пожав плечами, я пошла следом. Ленар каплей ртути перетек внутрь отведенной мне комнаты и развернулся ко мне. Едва я ступила на пол, хлесткий удар обжег мою щеку. Боль была мизерной, почти неощутимой, но ярость вспыхнула во мне, требуя ответить на удар, однако подавляющая магия сковала тело. Я не могу причинить ему вред. Но как же хочется!

    – Зачем ты это сделала? – голос Ленара царапал, как острый ледяной осколок.

    Я молчала. Прямого приказа к действию не прозвучало, так что могу забить на его вопрос.

    – Отвечай! – рявкнул инкуб.

    – Я сестре позвонить хотела, а в комнате сети нет, урод, – произнесла медленно, слизнув кровь с треснувшей губы.

    – Идиотка, – констатировал Ленар. – Здесь глушилка стоит. Позвонить можно только с моего разрешения!

    – Мне нужно связаться с сестрой! – решила не уступать я.

    Ленар подошел ко мне вплотную и, схватив за подбородок, полюбовался результатом своего, так сказать, труда.

    – Нравится? – скривилась я.

    Вблизи глаза инкуба были совсем не похожи на человеческие. Он изогнул губы, изображая пренебрежительную ухмылку, но ноздри опять выдали его, дернувшись и затрепетав, а ритм дыхания резко изменился, говоря о возбуждении. Зрачки сначала превратились в крошечные точки в море жидкой ртути, а затем стали расширяться, приняв форму чернильно-черных звезд. По краю радужки появилась ярко-голубая кайма и стала поглощать серебро, стремительно двигаясь навстречу пульсирующей черноте. Когда они столкнулись, то словно вступили в противоборство. На секунду я забыла обо всем, потерялась в пространстве, наблюдая за этой завораживающей красотой. Но лишь на секунду, пока не прозвучал его голос:

    – О том, что мне нравится, мы поговорим позже и достаточно подробно. А право позвонить нужно еще заслужить! А ты пока этого не сделала.

    – Ненавижу! – без выражения прошептала я в лицо Ленару.

    Поразительный танец противоборствующих цветов в его глазах моментально исчез, и выплеснулось привычное ртутное серебро. Мимолетное выражение удивления на его лице тут же сменилось обычным холодно-презрительным. Он оттолкнул мою голову так, что у меня позвонки в шее хрустнули, и отвернулся.

    – Твоя новая одежда на кровати. Смой с себя запах того гадюшника, в котором жила, и переоденься. Старое барахло сложи в мешок для мусора, прислуга его сожжет. Не собираюсь терпеть эту вонь. Как закончишь, спускайся вниз, пора приступать к работе. И поторопись, ты не отдыхать сюда приехала.

    Инкуб покинул комнату стремительно. На кровати действительно стояло множество пакетов, судя по логотипам, из дорогих магазинов. Тут же было и несколько обувных коробок.

    Вытряхнув пакеты, я скривилась, как лимона наевшись. Такое явно носить не привыкла. Платья, едва прикрывающие зад, топы, больше показывающие, чем скрывающие, короткие юбки. Никаких джинсов и нормальных футболок. Белье тоже было явно выбрано из соображений эстетического удовольствия созерцателя, а не удобства носителя. Вот уроды, точно ведь издеваются надо мной! В обувных коробках были только туфли на неимоверных шпильках. Швырнув все на кровать, я пошла к двери. Хотелось высказать все, что я об этом думала, но ведь именно этого от меня наверняка и ждали. Так что хрена с два. Защелки на входной двери не было. На двери ванной тоже. Ну да, очередная попытка показать, что я здесь никто. Тоже мне, нашли ранимую натуру.

    Выбрасывать свою одежду я точно не собиралась. Аккуратно сложив ее, я запихнула все в рюкзак. Набрав в ванну воды с головокружительно пахнущей пеной, я улеглась, с наслаждением расслабляя все мышцы, но тут же включая мозг.

    Итак, зачем я инкубам? Явно, что не для кормления и не для секса. Ленар говорил правду, с этим у них никогда проблем не было. Бессмысленно тратить на это такие деньги, какие драла с клиентов наша сука-наставница, если они всегда и везде могли получить это даром. Как я слышала, женщины сами готовы платить за секс с инкубами, и даже факт того, что он им будет стоить чего-то гораздо более ценного, чем деньги, их не останавливал. Значит, все же оставался мой дар. Но почему-то мне казалось, что это далеко не все. И это конкретно напрягало. К тому же они зачем-то пытались поймать меня оба раза в клубах. Зачем? Просто любопытство? Или, как этот Ринар говорил, они территориальны, а я, видимо, охотилась на чужой земле. Или нет? Смысла гадать нет, сами все расскажут.

    И еще был один источник сильного беспокойства для меня. Моя та самая суккубская половина остро реагировала на близкое присутствие инкубов. Особенно на этого засранца Ленара. При виде него она так и лезла наружу. Те усилия, что приходилось прилагать для ее усмирения, быстро истощали мои запасы энергии. И значит, скоро я опять буду нуждаться в кормлении. Даже боюсь себе представить, в какой глубокой заднице окажусь, если приступ сильного голода накроет меня в доме, полном инкубов. Я зажмурилась, отбрасывая эти мысли. Нужно как можно быстрее справиться с этим заданием и свалить отсюда. Вымыв голову, я, не мешкая, выбралась из ванны.

    Выбрав из вещей наиболее удобный комплект белья и самое приличное, если можно так сказать, платье красного цвета, быстро оделась и подошла к зеркалу. Да, видок тот еще. Платье облегало, как вторая кожа, и было неприлично коротким. Но ничего более скромного в пакетах не нашлось. А в этом я выглядела натуральной шлюшкой в поисках приключений на свой зад. Но обращать на это внимание я не собиралась, как, впрочем, и позволять чувствовать мою неловкость инкубам. Не голая и ладно. Расчесав и заплетя в косу свои еще мокрые каштановые волосы, я посмотрела на коробки с обувью. А потом, развернувшись, вышла из комнаты босиком, прихватив пару босоножек на высоченной шпильке. Носить я такое не умею, но как оружие сойдет. С навигацией у меня было все нормально, и поэтому быстро вышла к лестнице. Внизу был слышен гул голосов. Спустившись, увидела открытую дверь в большую гостиную. Там находились не меньше двух десятков инкубов, и они все о чем-то спорили. Моя суккубская сущность потянулась внутри, принюхиваясь, как только что проснувшаяся кошка, и попыталась выбраться наружу. Как бы не так. Дав ей ощутимую оплеуху, я шагнула внутрь.

    – С-с-суккуб, – свистящий выдох со всех сторон словно омыл мое тело волной похоти.