Сводный Тиран

— Знаешь, я хочу кое-что сказать тебе... — далее последовала еще одна пауза, и я крепче сжала телефон в руке. Когда я ничего не сказала, она продолжила, наполнив динамик долгим вздохом.

— Я встречаюсь кое с кем... это... это... эм... Саша... Александр.

Помню, как моя хватка на телефоне ослабла, и я чуть не уронил его.

Она же не имела в виду того самого Сашу...

Тряхнув головой, я беру себя в руки.

— Александр Ивашов? Отец Кости?!

— Да, мы встретились несколько месяцев назад. Они с Тоней тоже развелись. Клянусь тебе, мы искали только дружбы, но чувства вспыхнули сами собой. В общем, мы начали встречаться, и я решила, что ты должна знать. Я не хочу ничего от тебя скрывать.

Она решила, что я должен знать?

Ха, это смешно. Она могла забыть даже про день моего рождения, но почувствовала, что я должена знать о ее личной жизни.

Боже дайте ей уже награду: мать года.

Каждый раз, когда я вспоминаю тот телефонный звонок, у меня во рту образуется неприятный привкус. Нет не привкус, а отвратительный вкус и ощущение, будто в душу нагадили.

Все в моей жизни пошло прахом. Она уехала. Я осталась с отцом, который начал пить запоями. Мама не приехала ни разу, даже когда знала, что я отчаянно нуждаюсь в ней. Ее отсутствие только глубже вонзило нож предательства в мою грудь.

Все это и привело меня к этому «разбитому корыту». Мне восемнадцать, но я так никуда и не поступила, денег в кармане ноль рублей, ноль копеек, живу с отцом, который пьет и играет в карты.

Я человек, идущий в никуда семимильными шагами.

Мама настояла на том, чтобы я переехала жить к ней, но сделала это, только после того, как узнала о том, как мы с папой живем. В этот момент злость охватила меня. Я хотела спросить ее, где она была пару лет назад, но какой в этом смысл.

Ничто из того, что она сделала раньше, сейчас не имеет значение. Единственное хорошего в переезде к ней, — это обещание, что они с Дядей Сашей оплатят мое поступление в универ и дадут мне жилье на время учебы.

Хотя после всех ситуаций, в которых мать кидала меня, я всерьез подумывала отказаться.

Я горжусь тем, что не глупая, и не собираюсь «раскатывать губу». Она не раз подводила меня в жизни... У меня нет причин доверять ей на сто процентов, но у меня так же нет другого выхода.

Я хочу стать нормальным человеком.

Мой отец находится в наркологичке, лечась от алкоголизма, а на дряхлый дом наложил арест банк. И сейчас это лишь вопрос времени, когда я смогу добавить графу бездомная и безработная к своему длинному перечню неудач.

Я знаю, что будет, если я не приму предложение матери. И какой бы упрямой я ни была, я не могу отказаться от своей мечты получить образование.

Поэтому я решаюсь на переезд. Это своего рода сделка, как те подарки, которыми она пыталась задобрить меня в прошлом году. Я не могу отказаться, даже из-за того что злюсь на нее, потому что она отсутствовала все мои подростковые годы.

Кто бы знал как она была нужна мне.

Глядя на роскошный дом, который Александр Геннадьевич купил моей матери, я стараюсь не скривиться. Каменная кладка, огромный гараж на три машины, да еще и на не дешевой земле. И табличка "Видется видеонаблюдение".

Все это как красная тряпка, вызывает во мне только ярость, а я — бык, готовый вонзить, во что-нибудь свои рога.